Severnoje Poberezje

19 августа 2005
Эстонская газета


Газета
НОВОСТИ
· Граница
· Криминал
· Культура
· Медицина
· Милитаризм
· Образование
· Окружающая среда
· Политика
· Социальные вопросы
· Спорт
· Экономика
· 110/112

МНЕНИЯ
· Комментарии
· Один вопрос
· Передовица
· Почтовый ящик
· Предвыборные дебаты

ЕЩЕ ИНТЕРЕСНЕНЬКОГО
· Интервью
· История
· Персона
· Репортаж


  
Юхан Ааре - человек, пробивший первую трещину в ''Союзе нерушимом''
Интервью Герой "фосфоритной войны" и один из популярнейших эстонских политиков 90-х годов Юхан Ааре отошел от активной общественной жизни и работает над книгой и фильмом о тех временах, когда эстонцы разлагали в Москве Советский Союз.

- На состоявшемся несколько недель назад в Кохтла-Ярвеском Доме культуры дне сланца руководитель "Ээсти пылевкиви" Мати Йостов проводил вас после вашего выступления словами: мол, Юхан Ааре превратился из ядовито-зеленого в светло-зеленого. Такое замечание о вас правильное?

- Не знаю точно, по какой причине Мати Йостов сказал обо мне так, но я, конечно, этим не возмущен. Очевидно, он сравнивал сегодняшний день с тем временем, когда приходилось очень радикально и драматично бороться против фосфоритной шахты. Это и невозможно было делать иначе, ведь то, что в свое время СССР планировал сделать в Вирумаа, означало бы тотальную экологическую катастрофу.

Думаю, что эдаким ядовито-зеленым я никогда не был, ведь я понимаю, что, не используя природу, человек на этой планете жить не сможет. Мы не можем жить в такой среде, где вокруг находились бы лишь заповедники и резерваты, где нельзя ничего делать и невозможно срубить хоть одно дерево. Однако природу надо использовать очень разумно и бережно.

Хорошим примером того, как с этим справляются, служит Швеция - одна из самых богатых лесами стран Европы. В шведской экономике лес чрезвычайно важен: сектор лесного хозяйства составляет в государственном экспорте около 18 процентов. Но в то время, как в лесах хозяйствуют очень интенсивно, площадь лесов постоянно увеличивается.

- Как по-вашему: в сегодняшней Эстонии равновесие между экономическими интересами и интересами окружающей среды существует?

- И существует, и нет. Нет сомнений, что Эстония за последние 10-15 лет совершила очень быстрое развитие и в смысле охраны окружающей среды, и состояние природы Эстонии очень улучшилось. Это касается как морского побережья, внутренних водоемов, так и состояния воздушной атмосферы и качества грунтовых вод.

- Этому наверняка способствовало и заметное снижение объемов производства?

- Химическая промышленность несколько свернулась, выведены загрязнявшие природу воинские части, прекратились распыление удобрений самолетами и влияние хранилищ навоза при гигантских свиноводческих комбинатах на грунтовую воду, и так далее. Нагрузка на природу заметно уменьшилась. К тому же, возле многих городов и других населенных пунктов появились современные очистные сооружения.

Природа обладает очень большой способностью к самоочищению, и если люди дадут ей хоть малейшую возможность, природа сама справится. Важно следить, чтобы мы не перешли со своей хозяйственной деятельностью ту черту, за которой природе уже не справиться.

В качестве негативного примера приведу реку Тоолсе и ее окрестности у нас в Вихулаской волости Ляэне-Вирумаа, состояние которых вызывало так много разговоров. Меня удивляет, что Ляэне-Вируская служба окружающей среды и, может быть, Министерство окружающей среды в последние годы не занимались всерьез этой рекой, хотя местные жители говорят, что цвет и качество воды в ней не в порядке. Уже много лет, как там исчезли раки и лосось. Мы не знаем, что в эту реку попало, но, судя по внешнему виду, это попало не из природы.

Когда в связи с этим задавали вопросы соответствующим ведомствам, то у меня создавалось впечатление, что они толком и не знают, что происходит с рекой.

- Это в каком-то смысле похоже на историю со зловонием в Кохтла-Ярве. Тут, в Ярвеской части города, уже не первое лето примерно 20 тысячам жителей приходится страдать от противной сероводородной вони, а Инспекция окружающей среды в течение долгого времени не может установить причину. Не является ли государственный контроль над окружающей средой слабоватым?

- Мне кажется, что чиновники, призванные и поставленные решать такие проблемы, не всегда очень серьезно относятся к делу.

- Какие могут быть сейчас основные угрозы окружающей среде в Эстонии?

- Я считаю самым важным сохранить биологическое разнообразие Эстонии - это одна из наших крупнейших ценностей. Общее состояние наших лесов и природы вообще сейчас очень хорошее, если сравнить с остальным миром.

Эстония, по сути, - как зеленый рай. Поэтому мы должны очень тщательно следить, как будем хозяйствовать здесь дальше.

У Эстонии есть очень хорошие виды на то, чтобы стать в ближайшие десятилетия страной, в связи с которой особенно высоко станут ценить здешнее природное разнообразие и то, что человек не взваливает тут на природу очень большую нагрузку. Например, Голландия по площади чуть меньше, чем Эстония, а людей там проживает в десять раз больше. Если голландец приезжает в Эстонию, то сразу бежит в лес и не хочет выходить оттуда, ведь у них такого уже нет.

- Не является ли сравнительно хорошее состояние природы тоже одной из причин того, что вскоре после триумфа в "фосфоритной войне" эстонские "зеленые" оказались маргинальной силой на политическом ландшафте?

- Мы имеем возможность наслаждаться хорошим состоянием своей природы во многом благодаря тому, что в послевоенные десятилетия удавалось застопорить некоторые чрезвычайно вредные для природы Эстонии крупные проекты. Состояние эстонской природы было бы сейчас совсем иным, если бы мы вели себя в то время так же, как многие среднеазиатские союзные республики или Белоруссия, где отдавали Москве честь и говорили: да, приказ пришел - выполним. Знали, что потом за послушание дадут орден и премию.

В Эстонии планировали, среди прочего, построить атомную станцию, провести нефтепровод через Пандиверескую возвышенность, открыть фосфоритную шахту, расширить сланцевые шахты, чтобы объем добычи достиг 50 миллионов тонн сланца в год. Страшно подумать, как сейчас выглядела бы Эстония, если бы все эти планы осуществились... Но, к счастью, очень компетентная деятельность многих тогдашних защитников природы и руководителей хозяйств, а также умелая борьба против центральной власти позволили все это предотвратить.

Эстонские "зеленые" за последние 10-15 лет прошли в своем развитии несколько фаз. Очень хорошо, что с 1988 года сумели сохранить велопоходы. Эстонское зеленое движение стало стабильной организацией, выражающей мнение по разным темам. Чего время от времени, по-моему, не хватает, так это большей инициативы "зеленых" в случае таких конкретных случаев, как зловоние над Кохтла-Ярве и состояние реки Тоолсе.

- Акции не проводят?

- Да, их нет. Помню, когда в 2001 году мы воевали против продажи эстонских электростанций "НРГ энерги", то я тоже удивлялся, почему "зеленые" ведут себя сравнительно тихо.

- Насколько высоко вы оцениваете угрозу, что власть денег станет доминировать над интересами окружающей среды?

- Такая угроза, конечно, существует. Примеры того, как капитал стремится игнорировать правила разумного обращения с природной средой, можно наблюдать не только в Эстонии, но и во всем мире. К сожалению, демократия и рыночная экономика не означают, что автоматически оказывается гарантировано дружелюбное к природе хозяйствование.

- Многие руководители производств часто жалуются, что навязанные Евросоюзом нормы и налоги, связанные с окружающей средой, слишком строги и тормозят развитие предприятий. Насколько, на ваш взгляд, обоснованны такие заявления?

- Когда проходят крупные международные встречи промышленных руководителей и политиков, то все говорят о том, что проблемы окружающей среды серьезные и для их решения надо выделять деньги и действовать как-то по-другому. Но в то же время никто не хочет добровольно отказываться от своих прибылей. Противоречие между желанием получить как можно большую прибыль и в то же время оставаться дружелюбными к природе существует - и порой очень сильное. Конечно, производителям не нравится, когда им приходится тратить огромные суммы на охрану окружающей среды. Поэтому международные зеленые организации, оказывающие давление - например, "Гринпис", - очень нужны сегодня и окажутся нужны в будущем.

- На той злосчастной пресс-конференции весной 1987 года, когда вовсю разгорелась "фосфоритная война", тогдашний глава правительства Эстонской ССР Бруно Саул сказал, что за разработку эстонских месторождений фосфоритов возьмутся самое позднее в 2005 году. Мы уже подходим к этой дате, однако фосфоритных шахт благодаря тогдашнему массовому противостоянию народа, к счастью, нигде нет. Но наверняка есть и те, кто говорит: а стоило ли сворачивать тот план? Надо было просто меньше внимания обращать на вопросы окружающей среды - и в Эстонии было бы сейчас на 10000 рабочих мест больше, внешнеэкономический баланс оказался бы лучше, внутренний валовой продукт оказался бы больше. Что вы сказали бы в ответ на такие мнения?

- В принципе, мы могли бы в любую минуту открыть разрез в Тоолсе. Однако в Таллиннском техническом университете в 90-е годы провели с участием международных экспертов довольно тщательный анализ, в ходе которого определили: если добывать фосфориты в Эстонии так, чтобы оказываемое на природу влияние оказалось в пределах допустимого, то себестоимость такого фосфорита оказалась бы настолько высока, что на мировом рынке его продать не удалось бы.

Мы не можем позволить себе добычу полезных ископаемых, если это угрожает основным ценностям нашей природы. В Советском Союзе план добычи фосфоритов был основан на предпосылке, что никакой охраны окружающей среды по сути не будет. И только поэтому производственные затраты оказались бы низкими.

- Это значит, что пока не будут изобретены принципиально новые технологии, о добыче фосфоритов в Эстонии и речи быть не может?

- Думаю, что люди, подумывающие о добыче здешнего фосфорита, вероятно, есть. Никто не знает, каких технологий и возможностей достигнут через ближайшие 50 или 100 лет. Не исключено, что, может быть, раньше фосфоритов в Эстонии станут добывать диктеонемовый сланец, которого здесь очень много и который содержит различные ценные металлы. Может, изобретут технологию, которая позволит добывать, перерабатывать и использовать эти металлы, не вредя природе. В этом ничего плохого не было бы.

- В вашей книге "Фосфоритная война" некоторые известные деятели общественной жизни называют борьбу против добычи фосфоритов первой бомбой в адрес Советского Союза, приведшей наконец к развалу этого государства. Вы развязали эту "фосфоритную войну" в Эстонии. Следовательно, Юхана Ааре можно назвать человеком, который пробил первую трещину в СССР? Это определение верное?

- Думаю, что да, ведь до "фосфоритной войны" в истории СССР не было ни одного примера, чтобы СМИ организовали захватившую все общество кампанию против очень конкретных планов Москвы. Ведь Москва привыкла, не спрашивая, делать всегда то, что хотела - любое сопротивление исключалось.

Победа в "фосфоритной войне" позволила сразу же перейти к следующему вопросу: должны ли мы входить в состав этого Союза? Обычная политика Советского Союза получила первый щелчок во время "фосфоритной войны", и этот щелчок так расколол и ослабил Союз, что следующей фазой стала уже "поющая революция" с лозунгом "Свободу Эстонии!".

- Вы сделали выдающуюся карьеру как журналист и политик. Являлись большим любимцем народа и добивались на выборах суперхороших результатов. Что становится для вас новым вызовом сейчас, когда вы не очень часто появляетесь перед общественностью?

- Я сейчас очень основательно работаю над своей третьей книгой и очередным фильмом, рабочим названием которого является "Эстонцы в Кремле". Он рассказывает о действовавшей на Съезде народных депутатов СССР эстонской делегации, членом которой я и сам был.

Я описываю эти идеи принципиального значения, с которыми эстонцы приехали в Москву и которые, по сути, позволили осуществить развал Советского Союза таким сравнительно спокойным образом и с малым количеством жертв. По инициативе эстонской делегации в декабре 1989 года удалось отменить пакт Молотова-Риббентропа, ставший, в действительности, основанием для второй мировой войны, оккупации нашей страны и всего последовавшего потом. Второй крайне важный результат, которого добились эстонские депутаты, - то, что Советский Союз 6 сентября 1991 года признал независимость стран Балтии.

В августе 2006 года в Эстонии должна состояться крупная международная конференция, на которую пригласят тех ключевых лиц Европы, США и России, которые содействовали восстановлению независимости стран Балтии и развалу СССР. Наши фильм, книга и альбом должны быть к тому времени готовы и выпущены на нескольких языках, и мы сможем поделиться этой вестью с миром.

Эрик ГАМЗЕЕВ
Суббота, 27.11.2004

 
Повествующие Линки
· Больше про Интервью


Самая читаемая статья: Интервью:
Вячеслав Акимов: ''Моя работа и не должна быть видна''



опции
· Напечатать текущую страницу
· Отправить статью другу


Copyright © 2008 AS PR Pхhjarannik.